«Я, — пишет очевидец К. Леонтьев об о. Макарии, — даже часто дивился, глядя на него и слушая его речи, как могла эта натура, столь нежная, казалось, во всех смыслах столь идеальная и сердечная, и быстрая; — как могла она подчиниться так беззаветно, глубоко, искренно и безответно всему тому формализму, который в хорошем монашестве неизбежен!
Скажу еще — не только неизбежен, но и в высшей степени плодотворен для духа, ибо он-то, этот общий , дающий так мало простора индивидуальным расположением, даже нередко хорошим, может быть более всего другого упражняет волю инока ежечасными понуждениями и смиряет его своенравие, заставляя иногда даже и движение — предпочесть послушание начальству или уставу.
— Поживши я понял скоро и сам всю душевную, психологическую, так сказать, важность всего того, что многие, по грубому непониманию, зовут «излишними внешностями».
— Но и понявши, я продолжал дивиться, как такая, выражаясь по нынешнему, „нервная“ натура смогла подчиниться всему этому так глубоко и так искренно!»[137].
И ничто не нарушало этих идеальных отношений ученика к учителю: ни разность их сана и положения (о. Макарий был архимандритом и игуменом, а о. Иероним до смерти удерживал за собою скромный титул «иеросхимонаха» духовника - ), ни даже те «жестокие искусы», которым последний подвергал своего ученика.
«Я, — пишет тот же очевидец, — видел их вместе в начале семидесятых годов, видел сыновние отношения архимандрита (т. е. о. Макария) к своему великому старцу (т. е. о. Иерониму); знал, что он уже и тогда, избранный в кандидаты на звание игумена в случае кончины столетнего старца Герасима, безусловно повиновался о. Иерониму и нередко получал от него выговоры даже и при мне»[138].
Эти-то «выговоры» и были «тяжелым искусом» для о. Макария, так как большею частию проступки его вытекали непосредственно из глубины его доброго впечатлительного сердца, весьма чуткого к горю и радости своего ближнего и с обычной точки зрения не только не заслуживали порицания, а напротив должны бы быть одобряемы и награждаемы.
Наблюдательный и правдивый биограф о. Макария, неоднократно нами цитируемый, К. Леонтьев, приводить весьма характерный случай подобного искуса...
Очерк и деятельности игумена священно-архимандрита Макария Сушкина - ред и доп.
(Житие этого афонского старца публикуется впервые)
Первая часть жития отца Макария:
Первая часть
Очерк жизни Макария Сушкина: и и в школе
Очерк жизни
Очерк жизни Макария Сушкина: , а у вас нет
Очерк жизни Макария Сушкина:
Очерк жизни Макария Сушкина:
Очерк жизни Макария Сушкина:
и Пасху
Очерк жизни Макария Сушкина:
Очерк жизни Макария Сушкина: Старец Макарий
Очерк жизни Макария Сушкина: вступление «в коммерчески круг»
Очерк жизни Макария Сушкина: а я скорбел
на каждом шагу
Очерк жизни Макария Сушкина: «Изящно одетый юноша и просто писанный красавчик»
Ну, братец мой, вот этого я уже от тебя не ожидал!
девственными — ангелы Божии радуются на небесах и невидимо летают над брачным ложем их
Очерк жизни Макария Сушкина:
Путешествие по Востоку Тут, по несчастию, до того овладела мною страсть и помыслы блудные...
Очерк жизни Макария Сушкина:
Константинополь
Так то придется и нам
Достопримечательности и
Очерк жизни Макария Сушкина:
А вы кто такой? - Сушкин
Приезд в
Вторая часть жития отца Макария:
Очерк жизни Макария Сушкина: Краткий исторический
Лучше сухари с водою, чем - 1840 год
Личность
Отец Иероним был
предстояла о. Иерониму
Письма
русской Пантелеймоновской обители, игумен Герасим
Известие
Сын может ли
Спешите,...
Высказывания из писем Н
дом
из писем
в честь всех афонских святых при братской больнице
а, смущение на Афоне, высказывание о. Серафима
Жизнь - афонская жизнь стала страдальческими подвигом
в диакона
в иеромонаха и вскоре же назначен вторым духовном русской монашествующей братии.
Высказывания из писем Макария.
Он так уж добр, что , так он все тятинькино наследство в орешек сведет!
Ты не прав, и посему
14 ноября 1885 года
